Главная » Novaya-vselennaya-tarantino
5.02.2013

Новая Вселенная Тарантино

Вслед за циничными «Inglourious Basterds», переиначивающими историю Второй Мировой под слоганом: «Они мстят бодро, весело, со вкусом!», режиссер-киноман Квентин Тарантино, мастер оригинальных диалогов и жанра экшн взялся наводить справедливость в американской истории.
В «Django Unchained» есть все, за что мы так любим Тарантино: фирменные пространные диалоги и юмор, замешанный на эстетизированной жестокости, эффектные перестрелки и разножанровый саундтрек, как всегда лихой и запоминающийся, и, конечно, целый сборник цитат из вестернов всех мастей. Квентин Тарантино мечтал снять фильм в жанре спагетти-вестерна уже давно. Свой новый героический экшн он посвятил Франко Неро, сыгравшему заглавную роль в оригинальном «Django» 1966 года. Этот фильм Серджио Корбуччи оказался столь популярным, что по его следам было снято около 40 сиквелов, а имя Джанго стало нарицательным для героя спагетти-вестерна. Из уважения к «старому бойцу» Тарантино предоставил Франко Неро небольшую роль и в новом «Django». Успевшие посмотреть фильм западные киноманы уже с увлечением выглядывают в нем одну за другой отсылки к классическим спагетти-вестернам: здесь бутоньерка, как у одного из злодеев «The Mercenary» Корбуччи, там салун с названием в честь его же фильма « Minnesota Clay». Даже сюрреалистический огромный зуб на повозке Кинга Шульца, тоже своего рода парафраз знаменитого гроба из оригинального «Django».
Вместе с Джанго и Шульцем мы движемся по сюжету как по перечню злодеев из розыскного листа охотника за головами, впору будет и сравнение с чичиковским списком помещиков из «Мертвых душ»: от сельских злодеев, высекающих рабов и читающих при этом вслух Библию до нелепых куклуксклановцев, запутавшихся в собственных капюшонах. В самой сердцевине этой «оси зла» оказываются инфантильный злодей-самодур (Леонардо ДиКаприо), измывающийся над рабами ради того, чтобы разогнать скуку, а также его верный раб-управляющий (Сэмюэл Л. Джексон), учиняющий насилие над «своими» в интересах белого хозяина.
Как правило в фильмах Тарантино актёры утрируют яркие черты характеров своих героев, такой эффект театрализации и способствует возникновению предельно насыщенной, увлекающей магии повествования. Будто бы режиссёр очень простым языком, нарочито проговаривая отдельные детали, объясняет детям смысл истории, попутно поучая их Добру и Злу. Тарантино признается, что в жанре вестерна его привлекло именно это, присущее самому жанру, аллегорическое отображение баланса между Добром и Злом. Вместе с тем, в этом театральном проговаривании Тарантино как будто выворачивает наизнанку тупые диалоги штампованного голливудского кино. В результате, вместе с чудесной работой скончавшегося во время съёмок художника-постановщика Майкла Рива, сделавшего всё, чтобы от изображения невозможно было оторвать глаз, благодаря такой актёрской игре и аналитическому расчленению морали в диалогах, в фильм входит что-то брехтовское.
Во второй раз Тарантино берется за тему праведного возмездия в реальных исторических декорациях. Несмотря на то, что фильм как будто весь состоит из гипербол и «сильных ходов», сыгравшие в нем актеры в один голос, называют Тарантино апологетом реальности: «Это часть нашей истории, которую часто приукрашивают. Но только не в этом фильме!», – поясняет Сэмюэл. Л. Джексон. Любопытно, что сыгравший в предыдущем фильме Тарантино эсэсовского охотника на евреев и отменного злодея австрийский актер Кристоф Вальц, здесь появляется в роли, просвещённого и по-своему гуманного (насколько это возможно в вестерне) немца… и все-таки, убийцы. Его персонаж говорит анахронизмами, транслируя во вторую половину XIX века представления о гуманности, сложившиеся уже после Второй Мировой Войны и американского движения за равноправие чернокожего населения. 
Коренной американец Тарантино кое-чем напоминает русского: запрягает медленно, ездит быстро. А еще со смаком плюет на политкорректность. С последним в фильме «Django Unchained» особенно дивно —оскорбительным словечком «ниггер» персонажи откровенно злоупотребляют.
«Это мой мир и в нем надо быть жестоким — я становлюсь жестоким!» – говорит Джанго, и эти слова олицетворяют метод, который избрал Тарантино для воплощения своей моральной установки. Примечательно, что в ключевой сцене этого изобилующего насилием фильма, главный драматический узел бескомпромиссно завязан на теме рукопожимаемости злодея. Остается мечтать, чтобы теперь Тарантино снял фильм и о российском крепостном праве, желательно что-нибудь по мотивам Некрасова, либо представил свой вариант второго тома «Мертвых душ».
Можно понять негодование чернокожего режиссера Спайка Ли, который обвинил Тарантино в неуважении к афроамериканцам, но реакция не менее чернокожего Сэмюела Л. Джексона, сыгравшего в «Джанго» отрицательную роль, нам представляется более здравой. А он ничего унизительного для себя в картине не нашел, заявив, что веселился на съемках от души, а всякие нехорошие словечки — лишь отражение эпохи, не знавшей сантиментов в отношении черных невольников.
В самом деле, в истории раба Джанго (Джейми Фокс), который благодаря немецкому охотнику за головами Шульцу (Кристоф Вальц) обретает свободу и встает на путь праведной мести белым обидчикам, в том числе гадкому Келвину Кэнди (Леонардо ДиКаприо), купившему его жену (Керри Вашингтон), только такой параноик, как Спайк Ли, мог обнаружить расистские намеки. Для тех, кто совсем в танке, постановщик даже слишком подробно расписывает испытываемое им отвращение к рабству. Мог бы так уж не стараться. Мы все поняли, друг.
Вестерн за несколько последних лет стал не самым востребованным, мягко говоря, жанром. После компьютерной разудалости и навороченности фильмов – фаворитов начала 21 века, вестерн превратился в динозавра, которого и вернул к жизни Квентин Тарантино. Этот фильм станет классикой нового вестерна 21 века и пропускать его не следует. В нем есть все, за что мы любим Тарантино: отменные актерские работы (то, что ДиКаприо прокатили с номинацией на «Оскар» — просто издевка!), сильные и изобретательные диалоги, постмодернистские шутки (новый Джанго, Джейми Фокс, встречает здесь Джанго из итальянских вестернов — Франко Неро), стилистические изыски (кровь на экране имеет розоватый оттенок, такой же как в боевиках 70-х), и отменный саундтрек.
Некоторый перебор с антирасистским пафосом и эпический хронометраж (165 минут) могут показаться испытанием, да. С годами режиссер «Reservoir Dogs» и «Pulp Fiction» стал более тяготеть к эпичности и назидательности. Но со слабаками, способными счесть это препятствием для того, чтобы ознакомиться с новым роскошным киноподарком от старика Квентина, мы дружить не советуем. 
И об актерской игре. При всем уважении к первоначальному выбору Квентина Тарантино, заочно отдавшего главную партию Уиллу Смиту, в этой роли его сложно представить. Да, Уилл умеет быть суровым, но есть опасение, что все это могло бы превратиться в «Wild, Wild West 2». На нашей стороне было само провидение – Смит отказался от этой партии, справедливо решив, что это не его, и дал нам возможность увидеть настоящий бенефис Джейми Фокса, который, несмотря на бронебойных Лео ДиКаприо и Кристофа Вальца, устроивших своей актерской игрой первобытную пляску по нашим центрам удовольствия, стал главным украшением этой картины. 
В этом фильме просто нет слабых мест – некоторый романтизм, присущий фирменному почерку Тарантино не в счет – в «Django Unchained» есть только сильные стороны. Если киноакадемия не одарит это «чудо» хотя бы парочкой «золотых человечков» (только попробуйте «прокатить» Вальца!), объявим ей бойкот и натравим на них Джанго, он точно знает, что делать с их худосочными задницами! А если серьезно, то фильм заслуживает статуэтки не меньше, чем любой из других конкурентов, однако хочется пожелать успеха именно Тарантино – по яркости и атмосферности с «Django» не может сравниться ни один из фаворитов этого сезона наград, это факт. 

А.Мэри Каннская