Главная » Frak-dlya-naroda
13.06.2016

Фрак для народа

Сочинение на тему «Как я провела отпуск».
Отпуск, как отпуск, такой же, как и лето, которое, такое же, как и весна, холодное, дождливое и какое-то несуразное. И отпуск получился дождливый. В общем, отдыхать, конечно, – не работать! Гораздо приятнее болтаться по городам и весям, никуда не опаздывая, глазеть по сторонам, общаться с друзьями, и спать, сколько влезет! Но вот одна загвоздка. Всюду русские, куда ни оглянись (это я про США говорю, не про Россию, где наличие русских, которые окружают со всех сторон, – вроде бы нормальное явление). И всюду от них исходит какая-то нервическая энергия, мягко говоря, не очень положительная. Почему мы такие злые, я не знаю. Вроде бы и живем уже не при коммунизме, не голодаем, не стоим в очередях, никто нас не сажает за свободу слова, воровать тоже вроде бы не надо у государства. Хотя, тут вопрос спорный. Какой же выходец из стран СССР не считает своим долгом что-нибудь спереть у государства, у работодателя? Где бы мы ни работали – мы воруем. По инерции. Даже если воровать особенно нечего. Но такого же не бывает! Всегда есть что-то, что можно спереть и радоваться, и рассказывать гордо своим друзьям, что работа замечательная, вот ластики ворую из офиса десятками, скрепки и туалетную бумагу. А что? В хозяйстве пригодится! И друзья понимающе кивают головами и делятся своими достижениями на фронте воровства ненужных вещей. У каждого дома имеется запас того, что украдено. Один мой знакомый из каждого американского ресторана тащит вилки, ножи, солонки и перечницы. Коллекционер! Уважаю! У него уже целый застекленный книжный шкаф с украденными приборами красуется в гостиной. Солонки стоят на бархатных подушечках и красиво подсвечиваются специальными лампочками. Природа советского воровства понятна и неизлечима. Обьяснять нет смысла.
Но я не могу понять, почему живя в развитом капитализме и зарабатывая значительные деньги, мы остаемся злыми, как собаки? И почему постоянно качаем права там, где это никому не нужно?
Летим себе в Бостон. Летим дешевой авиакомпанией, ибо лететь недолго. Самолет тесный. Эконом класс не отличается комфортом, протянуть ноги категорически некуда. Но все сидят спокойно, терпят коленки сидящиx сзади, упирающиеся в спинку сидения. Кроме русскиx. Впереди меня сидит такой вывалившийся из 90-x годов браток в Адидасе с ног до головы, бритый налысо. На половине полета вдруг на плоxом английском начинает мне выговаривать, чтоб я свои ноги убрала куда подальше! – Вырастила же грабли! – добавляет по-русски, думая, что я не понимаю.
– Понимаете, уважаемый Лысый, – говорю я как можно тише по-русски, – авиакомпания предлагала улучшить место за небольшую доплату. Вы не захотели доплачивать. Я – тоже. Ну так сидите и не трындите. Грабли мне девать некуда. Терпеть-то всего час остался….
И тут ко мне повернулась баба Лысого, которая очевидно не пила, и открыла свой ярко-накрашенный рот. Начался скандал… То, что я коза немытая и понаехали тут всякие, – это было самое нежное, что я услышала о себе. Она кричала и возмущалась на весь самолет. Народ попросыпался и с интересом начал наблюдать за склокой на неизвестном языке. Баба Лысого расходилась все больше и больше. Наорала на прибежавшую стюардессу. Кричала, что тут в Америке свобода слова и что она пейд фор а тикет э лот оф мани не для того, чтоб вот так саффер в тесноте! И что за такой имбересмент сидеть в окружении всякиx пис оф шит, которые даже доунт спик Инглиш толком и выглядят как вайт треш! Череп Лысого стал бордовым. Он встал и заявил, что будет xодить по самолету до его приземления, потому что такие самолеты строить вообще нельзя! Мало того, что берут бабло за выпивку, так еще и сидения тесные. Совсем страх тут потеряли, наживаются на бедных эмигрантах. Лысого пытались усадить на место, но это не очень удавалось. Так и летели, наблюдая за Лысым в Адидасе, разгуливающим по проходу самолета и спорящим с самим собой. Потому что, как вы понимаете, ему никто не отвечал…
Кстати, по поводу «Понаехали тут!». Дело было в стольном городе Париже. Стоим с дочками на Монмартре у витрины какого-то бутика и тихонько обсуждаем, какие кофточки мы себе тут купим. Никого не трогаем вообще. Мило беседуем. Сзади женский голос… по-русски:
– Понаехали тут! И в Париже от этих русских спасу нет!
– Нам уехать?
– Да! И чем скорее, тем лучше! А то куда ни плюнь, на вас наткнешься. ХодЮт тут всякие… Чего на витрину уставились? Таких шмоток в вашем Задришенске, наверное и не видели? Кто вас вообще сюда пустил – в приличный город?
И так далее, в том же духе… минут 10 всяких разных слов. Настроение испортилось. Кофточки мы покупать передумали и ретировались в сторону отеля. Пока мы отступали, дама что-то кричала нам в след, ибо никак не могла угомониться и распаляла сама себя.
Но вернемся к баранам и отпуску. Летели обратно в Чикаго уже приличным самолетом. Места для ног было завались. Ничто не предвещало беды. Однако, еще до того, как самолет взлетел, началось. И снова наши соотечественники. Багаж не влезал в отведенные для него места, те, которые над сидениями. Стюардессы пытались разрулить ситуацию и суетились, мило улыбаясь, перекладывая сумки и поклажу с полки на полку. Сзади раздался женский голос. Разумеется, по-русски…
– Ну почему ты у меня такой мудак?
– Чего это я мудак? – весело отозвался мужской баритон.
– Ты мудак, потому что каждый раз, когда мы куда-то летим, ты пихаешь наши сумки неизвестно куда.
Голос постепенно становился звонче и противнее. Мужской голос уже не смеялся…
– Ты понимаешь, идиот, что наши сумки по закону обязаны быть над нашими сидениями! А ты куда их положил?
– Да вон на полки напротив! Чего ты заводишься?
– Я завожусь, потому что это НАШЕ ЗАКОННОЕ ПРАВО держать сумки НАД НАШИМИ СИДЕНИЯМИ! Понимаешь, дебил?
– Какая тебе разница, где они лежат??? Тебе что-то надо достать? Скажи, я достану! Только перестань уже орать.
– Ты мне рот не затыкай! Мне сейчас ничего не надо! Но вдруг станет надо? А моя сумка черт знает где! И главное – это же наше право!
– Над нашими сидениями уже лежали какие-то сумки? Мне, что, их выкидывать на пол?
– Да! Потому что они заняли НАШИ МЕСТА! Я хочу, чтобы мои сумки лежали над нашими сидениями!
– Я не буду ничего менять местами. Итак, тут все стюардессы толкутся. Долетим уже как-нибудь. Обойдешься без сумок!
– Нет! Не обойдусь! Что ты сидишь? Тебя не трогают мои проблемы?
– Трогают! Проблемы!!! А не какая-то лажа с сумками.
Самолет уже шел на взлет. Багаж распихали по салону. Все уместились, вытянули ноги, ибо места хватало, включили телевизоры и приготовились мирно лететь в Чикаго.
Голос сзади все базарил. Мужик вяло сопротивлялся, баба настаивала и пыталась встать и учинить расправу над наглыми сумками других пассажиров. Мужик ее не пускал, она звенящим голосом кричала, что он ее совсем не любит и не ценит. Он подозвал стюардессу и заказал себе 3 порции коньяку. Его вторая половина сообщила громогласно, что он алкаш и продолжала пыхтеть. 2 часа перелета она не закрывала рот. Мужик молча пил. Стюардесса отнеслась к нему с пониманием. Да и остальные пассажиры, уставшие от русского скандала, готовы были налить ему двойную порцию или найти что-нибудь тяжелое, чтобы успокоить его супругу навеки вечные.
До дома оставалось полчаса полета, когда не выдержала я. Я же тоже русскоязычный человек. Молчать же нет никакой мочи. Я повернулась к ним и сказала фразу из фильма «Экипаж»:
– Слушай, дорогая, уважаемая, я тебя очень прошу, сделай одолжение, будь так любезна, заткнись, а?
Стало тихо. Она не ожидала. Оставшиеся полчаса в салоне самолета стояла звенящая тишина. Вероятно, американцы боялись пошевелиться, ожидая ужасной мафиозной разборки ненормальных русских со стрельбой и дракой. Так в тишине и долетели. Баба молчала и сопела сзади, обдумывая план мести. Не додумавшись ни до чего интересного, она дернула меня за волосы. Я сделала вид, что не заметила. Ну не драться же мне с ней! А так xотелось! Я же тоже русская!
Много нас! Очень много. И мы повсюду. И там, где мы появляемся всегда формируется некое облако нервного напряжения и недовольства. Не умеем мы спокойно жить. Нам надо спорить и доказывать свою правоту по любому поводу, мешая окружающим. Почему мы такие? Думаю, каждый сам себе легко ответит на этот вопрос. Фрак народ носить разучился. Или и не умел никогда. Новое поколение людей, которые вообще не знают, что такое фрак. И только мечутся по странам и права качают.
Отпуск закончился с одной мыслью, которая не моя. Жванецкого. «Сидишь дома — кажется, все дома сидят. Выйдешь на улицу — кажется, что все вышли. Попадёшь на вокзал — думаешь, ну, все поехали. В больнице впечатление, что все туда залегли; на кладбище — все загибаются. Ну много нас. На всё хватает. И всюду чересчур».
Светлана Гимельман

P.S. Напоследок, совет. Вновь приезжающие эмигранты! Не берите с собой в Америку футболок с изображением Путина и, тем более, костюмов Адидас. Вас в нем примут за гопника из Словении (Adidas — международный спонсор гопников).

Squatting+adidas+knows+it+s+target+well_2464cb_5372162