Главная » Evrei-v-panike
5.02.2015

Евреи в панике?

Начну с того, что напомню… В среду утром, 7 января, в результате стрельбы, устроенной тремя террористами вооруженными автоматами Калашникова и гранатометами в здании редакции сатирического еженедельника Charlie Hebdo, расположенном в 11-м округе Парижа, 12 человек были убиты.
А, чуть позже, во французском городе Сарсель, находящемся в 17 км к северу от Парижа, недалеко от здания местной синагоги взорвался автомобиль.
9 января, через два дня после теракта в редакции Charlie Hebdo, в магазине кошерных продуктов в Париже Амеди Кулибали захватил около 20 заложников и убил четверых из них. Все погибшие были евреями. Кулибали требовал от полиции оставить в покое братьев Куаши, которых подозревали в нападении на редакцию журнала. В ходе штурма Кулибали убили.
Это краткое содержание того, что произошло в Париже в минувшем месяце. А потом грянули последствия. Я не том сейчас, как дружно валили на улицы города мирные демонстранты с плакатами и Евросоюз рыдал от умиления, лидеры держав братались и обнимались под плакатами: «Меня зовут Чарли». Путин плюнул на эту показуху (замечу, что показухой я считаю не то, что люди шли на улицы – их никто не заставлял, а то, как политики на этом себе зарабатывали очки) и не поехал брататься. Думаю, надо было поехать, но… не поехал. Или брезгует Евросоюзом, или евреев не любит. Почему-то кажется, что, скорее, второе. В общем, порадовались политики на костях убитых, помаршировали и разьехались по домам. А в Париже поселился страх…
Шломо Малка, представитель французской еврейской общины, в интервью Радио Армии Обороны Израиля заявил, что часть синагог в Париже закрыта.
По его словам, многие евреи слишком напуганы, чтобы идти в синагогу. Малка сказал: “Это говорит о настроениях здесь. Есть очень много страха”.
А посол Израиля в Париже Йоси Галь заявил в интервью 10-му каналу израильского ТВ: “Каждый француз знает, что это – война, война за сердце и ценности Республики”.
Галь заявил, что происходящее прямо бьет по еврейской общине: “В прошлом году был отмечен резкий, на 100% рост количества антисемитских инцидентов. Мы видели массивную волну эмиграции в Израиль. Мы работаем в тесном контакте с французским правительством и еврейской общины. Мы должны понять, как найти выход из этого положения”.
Посол рассказал, что в последние дни усилена охрана еврейских учреждений и израильских представительств. Посол говорит: “Есть все большее понимание джихадистской угрозы”.
Галь также добавил: “Следует помнить, что половина французской еврейской общины живет в Париже. Это – гордая община, с несколькими столетиями истории. Совершенно ясно, что мы обязаны найти решение этой проблемы”.
Таковы факты. А теперь поразмышляю, если позволите.
Когда-то в Германии жила гордая община евреев со многими столетиями истории. После прихода Гитлера к власти и начала непрерывного ухудшения положения евреев, некоторые из них сравнительно рано уехали за границу ,но многие другие представители гордой общины еще очень долго тянули с отъездом. В лучшем случае, это кончилось для них полной потерей имущества, а в большинстве случаев – потерей жизни в печах крематориев. Поведение немецких евреев еще можно оправдать тем, что последующие злодеяния просто невозможно было себе представить даже в страшном сне. Hо сегодня-то мы знаем, чем заканчивается государственный антисемитизм!
«Мы все Чарли»? Все ли? Пока некоторые израильские и европейские издания заходятся в восторге по поводу «французской революции», которой называют демонстрацию в Париже любители броских заголовков, там, в домах на улицах французских городов, происходят совсем другие вещи.
Живущая в столице Франции Линда Бисмут пишет на израильском франкоязычном сайте JSSNews о страхах парижан и об атмосфере, слегка напоминающей 1940 год — не нацисты ли вошли в Париж?
На днях ей в дверь позвонила соседка. Поздравила с Новым годом, бархатным голосом произнесла несколько любезностей…
«Линда, дорогая… — выдавила из себя дама. — Тут мне соседи поручили попросить тебя снять…» И показала пальцем на мезузу.
«Линда, ты же не хочешь ставить под угрозу соседей…»
«Мне захотелось поднять кулак, — пишет Линда Бисмут, — как карандаш Шарба (один из убитых в редакции карикатуристов — ред.), чтобы защитить свою свободу быть самой собой».
— Ты ведь это сделаешь? «Да, конечно», — ответила женщина, не веря своим словам.
«И закрыв дверь, я осознала, как тяжко трудились мои патриархи, чтобы у меня сегодня был свой очаг, на тот случай, если ко мне придут и скажут: «Ты еврейка, прячься».
Повторим еще раз, что в январе впервые после Второй мировой войны, Большая парижская синагога не открыла свои двери для верующих. И этот факт сильнее, чем «праздник свободы» на площади Нации.
Однако…. Мне лично уже надоело читать за этот месяц в русскоязычной печати такие фразы, как “евреи боятся”, “евреи в панике”, “Страх (разумеется, еврейский) над Парижем”, “евреи слишком напуганы”. Журналисты прекрасно понимают, что автор может придать любому событию желаемый оттенок и вызвать желаемую реакцию у публики. И спекулируют подобными материалами. Желание показать евреев трусами всегда было целью российских средств информации. Помню, как известный антисемит М. Шевченко, начиная свой бред об Израиле сразу начал: “В Израиле. как всегда, истерика…”. Но ведь это Шевченко и его цель понятна. А тут цель достигнута. Судя по комментариям на подобные статьи в русской прессе – достигнута даже с перебором! Приведу только один пример. Комментарий на заметку о страхе евреев в Париже на сайте http://rusvesna.su/ под названием: «Европейские евреи боятся нападений и хотят получить право ношения оружия».
Пользователь с ником Од Нако пишет:
«Допрыгались пархатые мрази теперь хотят гоев в открытую расстреливать на законодательном уровне…Печку микроволновую каждому, а не огнестрельное оружие!»
Возвращаясь к началу, скажу, что если, по словам Галя: “Это – гордая община, с несколькими столетиями истории”, то выражение “Есть очень много страха” и другие подобные неуместны абсолютно. Написали бы: “Есть опасения, настороженность, понимание”. И без заголовков типа «Евреи в страхе и ужасе»… А то ведь последствия могут быть самыми печальными…

Светлана Гимельман