Проверено на себе
25. 01. 2015


Татьянин день

Младенца, по замыслу отца, должны были назвать Тоня. В знак признательности женщине, которая с юности любила папу. Роженица (мама моя)) согласилась, но внесла “небольшие поправки”. И стала я не Тоней, а Таней. 
Та женщина по имени Тоня любила отца много лет. Он повзрослел, у него появилась семья, росли дети, а эта женщина так и жила одна. Она много лет переписывалась с моей бабушкой и всегда передавала приветы всем нам. 
А потом тихо умерла.  
Чтобы жениться на моей маме, отцу понадобилось две недели. А решение об этом, по его признанию (вытянула я из него), он принял тогда, когда ее увидел. 
Маме не потребовалось ничего – ни времени, ни усилий, – чтобы выйти за него замуж. Ей было девятнадцать лет, и она вообще вряд ли понимала, что, собственно, происходит.  
(Знаю по собственному опыту)
И другая женщина Тоня, которая была далеко, но любила и помнила его. 
И отец, который был благодарен одной, но женился совершенно на другой. 
Родители прожили вместе 53 года. 
И никого из них уже нет, и я буду всегда их любить и помнить, и каждый год 25 января вспоминать эту историю.

 

 
 
Проверено на себе
21. 01. 2015

Нью-Йорк. По дороге к метро вдоль тротуара среди многоэтажных домов стоят типичные американские маленькие домики с входной дверью и крылечком. 
Такая пастораль в городе. Домиков таких очень и очень много.
Входные двери там – скорее дверцы, как от шкафа. 
Многие из них застекленные и с кисейными занавесочками. 
И все. 
Вот когда в России входные двери в дома будут с такими занавесочками за стеклами, будет и у нас цивилизация.
А пока они там металлические двойные. Например, в нашей московской квартире.  
И вместо цивилизации – сигнализация. (Тоже есть. Сама ставила.)

По поводу этого наблюдения  услышала как-то, что сигнализация – изобретение цивилизованных стран (ну как и все, собственно). Хочу напомнить, что сигнализация в цивилизованных странах была изобретена для офисов, магазинов и пр. Для квартир она используется только в России и ей подобных “великих и могучих”. 

 

Проверено на себе
20. 01. 2015

ЛЕВИАФАН. И МОИ ПЯТЬ КОПЕЕК. 

Я специально не читала критику на Левиафана, чтобы составить свое собственное мнение об этом фильме. Оттягивала, смотреть было страшно. Понятно было, что по мозгам даст хорошо. Вчера, мрачно предупредив мужа: “Теперь или никогда”, открыла компьютер. Смотрели вместе. У каждого свои впечатления, и очень много – общих. (Дык, муж и жена, чай).

Прежде всего, что бьет по глазам – отсутствие света. В прямом и переносном. 

Главное и самое сильное – простая, почти ходульная, а можно сказать, притчевая история. Никакого психологизма, весь сюжет и все поведенческие реакции, на мой взгляд, намеренно  опираются на глагольный ряд: встал, пошел, сел, поехал, обнял, дала, послал на х-й, пригрозил, испугался, выстрелил, засадил и т.д.  

Второе впечатление, которое наполняет тебя, как свинцом, от ступней до макушки – все правда.  И думаю, каждый взрослый, тот, который “рожденные в СССР”, тоже понимает  это. Я –  свидетельствую всеми четырьмя конечностями, всем своим жизненным опытом. К сожалению,  этот мой опыт достаточно тяжелый. И то, что я сейчас пишу эти незамысловатые строчки из Америки, мало что меняет. Потому что я все помню, потому что это было не так давно и потому что никто и ничто не может защитить меня от повторения пройденного. В РФ такого механизма нет.  В подробности частой жизни вдаваться ни к чему. Но: помните ли вы марафон адвоката Димы от милиции к прокуратуре, а от нее в суд? Как это знакомо: “Дядя Петя ушел, ключи унес. А когда будет – неизвестно”. “А я – не уполномочена…”. 

Третье  впечатление: абсолютное попадание в образ во многих случаях. Причем, роли второго плана (менты,  вкуснейший образ и исполнение роли Анжелы) и роль Мэра,  на мой взгляд, самые удачные. 

И главное, уже давно понятое, оплаканное и показанное в этом черно-сером фильме, где с угрюмой пустотой вовне и внутри себя “существуют существа”, которые почему-то  ходят на двух ногах и умеют говорить,  – это то, что  Россия больна. Мягко говоря: физически и, что самое печальное,  ментально. Причем, про “ментально” – так это на всю голову. И на мой взгляд, безнадежно. И заслуга режиссера (а хочется сказать – подвиг) в том, что он рассказал об этом и своим соотечественникам, которые, конечно, “не смотрели, но осуждают”, и всему миру.

То, что происходит в России, это пострашнее эболы. И болезнь, на мой взгляд, давно уже приняла необратимые формы. Мы же помним один из последних кадров – вот камера скользнула по шубке жены Мэра вниз. А там  между мамой – провинциальной красавицей – и папой Мэром – самое “наше все”. Там стоит наследник, и он, судя по недетскому  выражению детского личика,  настроен решительно. Мы еще не догадываемся, но мир уже принадлежит ему. По крайней мере, на вверенной папе территории. 

Автор имеет “что еще сказать”, но не хочет утомлять читателя.

Спасибо.

Проверено на себе
18. 01. 2015

НАШЕ ВСЕ

Сегодня вышла по ссылке на статью, где нам рассказывают о том, какой Пастернак был бездарный и что настоящее наше все – это Шолохов.
Увидела в комментах:
“Как хорошо, что за всю жизнь я не прочитала ни одной книги Пастернака!”. 
И все. Точка.
Знакомо до боли, да?

Проверено на себе
18. 01. 2015

О ДИНАМИКЕ

Динамика – это то, о чем мы часто забываем и не принимаем в расчет при оценке самих себя, событий и отношений. В нашей жизни нет ничего статичного. Поэтому мы не можем проецировать наше сегодняшнее состояние на будущую жизнь. Это очень коварная вещь. Набоков говорил, что люди, планируя свое будущее, забывают о такой “мелочи”, как смерть, от которой никто не застрахован. Но кроме естественной “убыли” есть и просто изменения в нас самих, развитие или деградация и различные непредвиденные изменения. Поэтому прогнозы по поводу собственной жизни – самое неблагодарное дело. Мы не знаем, какими мы будем через несколько лет, как сильно изменимся сами или нас изменят время и обстоятельства, каковы будут наши жизненные приоритеты. 

Проверено на себе
11. 01. 2015

JE SUIS CHARLIE !

Докладываю:
В Нью-Йорке вечер. 
Подсветка на Empire State Building окрашена сегодня в цвета французского флага!  
Огромный шпиль светится красно-бело-синими огнями.ШПИЛЬ2

Проверено на себе
9. 01. 2015

В ЛЕСУ РОДИЛАСЬ ЕЛОЧКА

Все взрослые тети и дяди, до тех пор пока они не в маразме, помнят, чем пахнет Новый год нашего детства. Он пахнет свежесрубленной елкой, мандаринами и ожиданием чуда. Под елкой обязательно  должен стоять  Дед Мороз. Но не из скучной пластмассы, а настоящий – в мягкой шубе, обтянутой папиросной бумагой с белой окантовкой валиком по краям. А в руке у него должен быть матерчатый мешок. А мешок этот, как правило, продырявлен кем-то, кто пытался доискаться, что же там есть внутри (кроме соломы).

Ну и песенка –  ее мы все помним.  Про то, как в лесу родилась елочка, как она, зеленая и стройная,  росла, а потом елочку срубили под самый корешок, и она принесла много-много радости детишкам.

Да. А потом елочку выбросили. Кто-то свою  “лесную красавицу” отнес на помойку, кто-то безответственно бросил около подъезда. Есть еще  в нашем любезном отечества такая народная забава – сбросить  елочку с балкона.  

И все, что смогла сделать эта елочка, – это родиться, вырасти и принести радость на Новый год  и одну-две недели после него. В России елки стоят до Старого Нового года. В  Нью-Йорке и других городах Америки их уже начали выбрасывать. У домов лежат аккуратно сложенные горкой деревья – молодые и красивые. Они могли бы жить. Долго. И радовать не только детишек, но и птиц, зверей, жуков. Но они уже умерли. Их уже нет. Неужели смысл их жизни – от семечка до своей цветущей победительной  красоты был только в этом?

Посленовогодний синдром – нелегкая вещь. Помните утро в “Иронии судьбы”? Обрывки серпантина на сугробах, тишина, угрюмый рассвет. Стихотворение, рвущее душу: ” С любимыми не расставайтесь…” Почему-то меня каждый раз больше всего мучает строчка: “Трясясь в прокуренном вагоне, от полуплакал, полуспал”. Вы же тоже знаете, как это бывает, когда полуплачешь, полуспишь. У каждого свои причины для этого, и каждый хорошо помнит, каково это. 

Праздник закончился. Праздник закончился, и чудеса из мешка Деда Мороза  тоже закончились. В нем осталась одна солома. И немым укором  смотрят на нас  выброшенные из дома елки, которые еще несколько дней назад мы украшали с такой любовью. Это больно. Потому что от этого начинает мучить совесть.

Я очень надеюсь, что в ближайшее время склероз (он же эклер)) меня не посетит. И я еще долго буду помнить, как пахнет Новый Год нашего детства. И так же буду покупать на праздник мандарины от которых у меня аллергия, и шоколадные конфеты, которые я давно не ем по причине борьбы за красоту (в которой я постоянно проигрываю). И я буду подходить к елкам, растущим в парке, и вдыхать их неповторимый зимний аромат. 

Чего я не буду делать совершенно точно – это ставить у себя на Новый Год ту самую  зеленую и стройную елочку, которую   срубит “под самый корешок”  какой-то мужичок. Пусть лучше под ней скачет “трусишка зайка серенький” и “пробегает мимо рысцою серый волк”.

А мне много-много радости сможет принести и искусственная елочка. Я хотя бы буду знать, что не придется мне потом с камнем на душе выбрасывать на помойку ни в чем не виноватое молодое, красивое, полное сил  дерево. 

Пусть они – эти зайчики,  белочки, лисички  и кто там еще – живут в лесу, где есть красивые деревья. Мы, люди,  перед всей живой природой  виноваты так, что уже никогда нам не отмыться. 

Я, конечно, знаю про прореживание лесов и коммерческие высадки елей. И все равно, пусть в лесу растут елочки – зеленые и стройные. И пусть они живут долго. На Земле и так живого, настоящего остается все меньше.

Я не люблю песню “В лесу родилась елочка”. Она совсем не такая добрая, какой казалась мне в детстве. 

ЕЛКА-2

Проверено на себе
7. 01. 2015

Одно из самых сиротливых ощущений – это когда ты стоишь в здоровой очереди в кассу в предновогодние дни. У всех в тележках игрушки, открытки, всякие новогодние штучки.  А ты находишься  тут же, среди этих людей,  и  понимаешь, что тебе не для кого покупать подарки. В жизни по-разному бывает. К сожалению, и это проверено на себе.   И упаси вас и нас Господь от этого. С Рождеством!

27912_409211065821331_450734634_n

Проверено на себе
5. 01. 2015

 

 IMG_3052IMG_3081IMG_3036IMG_3035

 

 

КАК Я НЕ ХОДИЛА В БАНЮ 31-ГО  ДЕКАБРЯ

Ну вот, помнится, блог мой называется “Проверено на себе”. Потому и писать сегодня буду о том, что проверено было на самой себе 31 декабря, аккурат в канун Нового года. 

Не каждый  год 31 декабря и чаще всего без друзей я иду – и не в баню, а в парикмахерскую. Мне кажется, что от этого мое вступление в Новый год будет более торжественным и красивым. А традиционную предновогоднюю помывку я провожу в душе. Наверное, как и вы. 

Это не реклама. Я специально не стану указывать адрес моего салона. Он самый обычный, никакого гламура, цены вполне божеские, расположен на 40-х улицах  Манхэттена. У меня там есть любимый мастер – Джейд. Она из Гонконга, и ее маленькая дочь уже пишет детские книжки и выкладывает их на Амазоне.  Поэтому во время покраски-стрижки мы говорим  с ней в том числе и о нелегком “писательском ремесле”. 

Суть: я уже рассказывала про музыкальный “террор” в NY метро.

Так вот, в этом салоне они не только стригут, красят и делают красивые прически. Они там поют. Причем, так, что когда я первый раз услышала, как поет Джейд, то подумала, что это запись. А она сидела за пианино, аккомпанировала себе и пела  низким мягким голосом “Killing me softly” – в ожидании, пока у меня волосы прокрасятся. Я как прилипла к этому пианино, так и простояла рядом все сорок минут с краской на голове. Пианино находится  в зале и играть на нем может любой из посетителей или самих мастеров. А мастера самые разные – и афро, и азиаты, и белые, и латины – полный набор. Ничего специального, никаких зазывалок. Среди них  просто много музыкальных людей, и они очень любят петь. 

В этот раз я увидела новую девочку-администратора. Ее зовут Джессика. Грациозная, фарфоровая, необыкновенно красивая азиаточка.  И вот я слышу мелодию: “Unbreak My Heart”. Музыка идет в записи, а потом она начала петь. Боже мой… Как она это делала! Сначала она пела сидя, потом встала и запела уже в полную силу. Откуда столько сумасшедшей силы, откуда такой божественный голос? Я не знаю. Я опять выскочила из своего  кресла. Джейд смеется, говорит, что так я уйду с интересным результатом на голове. Но было не до результата! Я бросилась фотографировать, потому что это было необыкновенно. 

А потом и Джейд села за пианино и  тоже спела ту – мою любимую –песню. Все равно у нас с ней еще оставалось время.  А потом она и кубинец Дио  (красавец-мачо и тоже мой друг) немножко потанцевали. А я все фотографировала. И это было замечательно. А записать на видео не догадалась. Как жалко!

И на прощание я всех расцеловала, потому что я их и так люблю, а в этот раз, благодаря им, этот последний  день уходящего года останется в моей памяти навсегда как праздничный, необыкновенно красивый, наполненный человеческим теплом.  

И оказалось, что для этого даже необязательно было идти в баню. В конце концов, я туда  всегда еще успею. Когда пошлют.

Проверено на себе
31. 12. 2014

НА ТРЕВЗУЮ ЛОГОВУ

Happy New Year, дорогие! 
В России он уже наступил, в Америке в запасе еще семь часов. 
Есть время для того, чтобы напиться и в такой кондиции въехать в 2015 г.
Любимая песня, под которую, между прочим, авторша сиих строк пролила в свое время ручьи слез. Очень жалостливая песня, видите ли.
Всем старперам, которые совсем еще надавно были молодыми, посвящается. 
P.S. Я сегодня в парикмахерскую ходила. Из принципа. Чтобы вступить в новый год еще более красивой, чем обычно. Ой.
https://www.youtube.com/watch?v=Mm3juYYn_ss

Проверено на себе
29. 12. 2014

ПРЕДНОВОГОДНЕЕ

Обнаружила у одного умного человека ссылку на саму себя.

Удивилась.

Человек он умный, творческий, зачем ему моя мысль убогая понадобилась?

Прочитала: “Все-таки  Новый год лучше, чем День рождения. В День рождения мы становимся старше в одиночестве, а  в Новый год  стареем всем миром”. 

Эх, умна я  – не по годам… Все правильно написала.   

 

Проверено на себе
28. 12. 2014

Баночки

По субботам, как известно, в супермаркетах полно народу. Я пристроилась к кассе за какой-то бабулькой. Тележки у всех полные, очередь идет медленно.

Наконец, очередь доходит до бабульки. Она начинает вынимать свои покупки, но делает это очень медленно. Бабка бестолковая, все у нее перепутано, трижды вызывают на подмогу администратора.

Я понимаю, что это надолго, стою вместе со всеми в ожидании и элегически размышляю о бренности всего “живаго”, о том, что эта бестолковая американская бабка, когда-то была, если воспользоваться отечественными дефинициями, сильной теткой, а до этого, как и положено, красивой девкой. А теперь она противная и страшная. И скоро я тоже буду такой.

Ход моих мыслей прерывает шуршание ленты транспортера: я почти у цели. В этот момент бабулька с помощью кассира высыпает из здоровенного пакета, что был на дне ее тележки,  гору баночек с кошачьим кормом. На вопрос кассира “Сколько?” бабулька неуверенно отвечает, что восемьдесят и еще чуть-чуть. Потому что после восьмидесяти она сбилась со счета. А еще они разных видов. Поэтому кассир начинает прогонять эти баночки через сканер по одной штуке. 

Я чувствую себя обманутой в своих ожиданиях. Мне уже не жалко эту бабку с ее старостью, немощью и бестолковостью. Мне уже ясно, что все это она затеяла исключительно для того, чтобы я провела остаток своей жизни в этой дурацкой очереди к этой дурацкой кассе в этом дурацком супермаркете и здесь же превратилась бы в такую же мерзкую старуху.

Мне нужно сочувствие, и я оглядываюсь на очередь. Очередь – как народ в «Борисе Годунове». Очередь безмолствует. Я во второй раз чувствую себя обманутой в своих ожиданиях и уже  ненавижу не только бабку, но и этих предателей за моей спиной. 

Бабка оборачивается ко мне и начинает мне рассказывать о том, что у нее три кошечки, они все красавицы и все три жуткие привереды. У каждой, оказывается, свои вкусовые предпочтения. Ну понятно: впереди у нас всех куча свободного времени, почему и не поговорить.

Я смотрю на эту старую каргу. Вижу, что пальцы у нее разбиты артритом, глаза слезятся, «жубов» почти нет, что нечасто в Америке бывает. Она, оказывается, приехала не одна, вон там стоит социальный работник, который и довезет ее вместе с ее восемьюдесятью баночками до дома.

Потом бабка вспоминает о своей собаке, которая прожила целых двадцать лет. Потом, ошибочно проникнувшись ко мне доверием, она рассказывает мне свою краткую биографию.

Баночек оказалось восемьдесят шесть. Бабка, наконец, расплатилась такими же старыми и жеваными, как она сама, долларами и, повиснув не тележке, откатилась вместе с ней.

Американский народ за моей спиной по-прежнему предательски безмолствовал. Я понимала, что даже если бы баночек оказалось сто шестьдесят «и еще чуть-чуть», они так же терпеливо и доброжелательно ждали бы в этой дурацкой очереди к этой дурацкой кассе в этом дурацком супермаркете.  

Моя все сказал. 

 

 

 

 

  

 

 

 

 

 

 

Проверено на себе